Цитата дня
«Давайте не принимать в расчет Сибирь, там жить экономически и социально вредно, по крайней мере пока термоядерный синтез не сделал возможным поменять климат на планете».

Директор программы «Экономическая политика» Московского Центра Карнеги Андрей Мовчан, рассуждая о демографической политике и о том, что выплата пособий за рождение первого ребенка не принесет России ничего хорошего (Статья «Дети за деньги» в журнале «Сноб

"Через 3 года придет царь Николашка и будет править без этих ваших выборов!"

Анна Чернышова, 17 июля 2015

Завершается пора сбора подписей за кандидатов-самовыдвиженцев на выборы в городской совет депутатов и Законодательное собрание. Спорить о том, честно ли платить сборщику подписей за его работу, можно долго и безуспешно. Что бы вами ни двигало – стремление безвозмездно поддержать кандидата по идейным соображениям или желание подработать, знайте: если вы соглашаетесь на роль сборщика подписей, вас ждёт много рутины и несколько беспокойных, порой шокирующих и уж точно нескучных историй. Поверьте, они стоят бессмысленных минут (которые складываются в часы), проведенных под безмолвными дверьми и сотен отказов дослушать первую вашу фразу до конца. Корреспондент Atas.info собрала несколько любопытных историй из жизни сборщиков подписей.

История первая: "Я православная. Мне нельзя голосовать"

В одном микрорайоне на нашем округе мы встретили значительное число православных жителей. От внимательного взгляда не ускользнёт любопытная деталь: над входными дверьми самых ярых верующих не то маркером, не то углем вычерчен крест. Одну из таких дверей нам открыла миловидная женщина лет 60.

- Добрый день, мы собираем подписи (далее по тексту).

- Я православная. Мне нельзя голосовать. Через 3 года придет царь Николашка и будет править без этих ваших выборов.

- Да, с именем наш кандидат прогадал, а так бы по пророчеству сразу в цари.

В соседнем доме молодая девушка согласилась поставить подпись. Мы завершали обход подъезда и уже выходили на улицу, когда подписантка нас догнала и с пристрастием спросила:

- А он (кандидат – прим. автора) атеист? Если атеист, я заберу подпись!

Покинув богоспасаемый микрорайон, мы отправились в более светскую часть округа.

В дверях нас встречает нарядно одетая женщина (кстати, женщин, открывающих двери в нижнем белье, мы ни разу не встретили, в отличие от мужчин). Вежливо выслушав вступительную тираду, женщина отвечает:

- Мне нужно побольше узнать о кандидате, почитать, что о нем пишут, но у меня сейчас гости, поэтому некогда. Я подпишу лист, но свои данные продиктую вам позже по телефону, если, конечно, кандидат мне понравится.

- Спасибо!

- А он православный?

-  Верующий.

- Как он относится к срыву "Тангейзера"?

- Никак не относится. Участвовал в митинге против его отмены.

- Тогда я вам перезвоню.

История вторая. Выборы-выборы, кандидаты…

Иногда кандидаты сами участвуют в сборе подписей. Это был как раз такой случай. Открывает дверь карикатурного вида персонаж: майка-алкоголичка, треники с вытянутыми коленями, недельная щетина, амбре позавчерашнего веселья.

- С порога понимаю, что нужно действовать решительно. Говорю своё имя и безотлагательно протягиваю руку. За секунды рукопожатия рассказываю о себе: мол, столько-то лет занимаюсь социалкой, защитой трудовых прав, называю осуществленные проекты…

- Да во власти все козлы!

- Нет, - говорю, - не козлы, а пи**ры! Поэтому я и иду, чтобы хотя бы на одного пи**ра было меньше.

- Молодец, мужик, уважаю! Я ни одной су** за 150 рублей свою подпись не отдам, а за тебя подпишусь.

Про пресловутые 150 рублей за подпись нам приходилось слышать ни единожды.

- Здравствуйте! Мы собираем подписи.

- Аааа, вы оттуда? Вон автобус стоит, привезли молодых парней и девчонок, они ходят, предлагают 150 рублей за подпись заплаить.

- Нет, мы не предлагаем.

- Ну ладно, тогда давайте подпишусь.

История третья. "Сколько вам американцы платят?"

Сборщик подписей проходит сквозь такую галерею русских характеров, что Гоголю и не снилось. Правда, в большинстве своем всё увиденное напоминает сцену из провинциального спектакля: все женщины по-своему прелестны, а мужчины бескомпромиссны и брутальны. Вне зависимости от репутации микрорайона, каждый второй мужчина, открывавший нам дверь, был награжден пузиком, храбростью предстать перед незнакомцами в одних семейниках и непоколебимыми принципами аполитичности.

- Нет, спасибо, я в эти игры не играю!

Применив всё своё обаяние и красноречие, мы всё же убеждаем взять визитку кандидата.

- Ладно, давайте. Потом ко мне приходите, когда я про него узнаю получше.

Завершив обход подъезда, мы отправляемся к другому, когда нас окликает уже знакомый персонаж, правда, уже в футболке и шортах, отчего мы не сразу его признали:

- Ну и сколько вам американцы платят?

- Э, что?

- Да что вы тут ходите? Ну-ка пошли вон! Ваш кандидат полюбому на Америку работает: он на "Эхе Москвы" выступал!

Приведя такой весомый довод, дядька ретировался, скрывшись от дальнейшей политической полемики в уютные стены панельной девятиэтажки.

История четвертая. "Вы действительно верите во всё это?"

"Элитный" дом. Двери открывает женщина лет 35. Приветливо выслушав вступительную речь, запускает к себе в квартиру и просит пройти на кухню (тут удобнее заполнять бумаги). Узнав о социальных проектах кандидата, женщина спрашивает:

- Вы действительно верите во всё это? У меня мужа убили в 2007 году. Вот эта квартира – единственное, что осталось. Он тоже был принципиальным, честным, верил в добро. Работал в институте, потом начал вести бизнес. Проблемы с партнерами предпочитал решать по закону, в суде. Если бы я могла повернуть время вспять, я бы заставила его вести себя по-другому: лучше быть живым, чем принципиальным.

Array
(
)

Оставить комментарий