Цитата дня
«Когда других арестуем? Сразу нельзя, постепенно, по три-четыре человека в год. Я согласен: сразу — это коллапс будет в управлении».

Лидер партии ЛДПР Владимир ЖИРИНОВСКИЙ об арестах заподозренных в коррупции губернаторов

«Тяжёлая реальность» как история

Владимир Кузменкин, 3 мая 2017
Ничего не поделать: если встретишь текст про нашу давнюю историю, то в нем обязательно будет что-нибудь про камни и про пыль. Вроде того, что камни — седые, пыль — веков... а вместе они хранят то ли аромат, то ли дух эпохи. Если это все для красного словца, то никакого смысла в этом нет, а бывает, что камни — на самом деле история. И случается, что превращаются они в пыль. Лучшая иллюстрация тому — история Борисовых камней.

О них написано довольно много, но до сих пор вопросов больше, чем ответов. Справочники скупо сообщают, что Борисовы камни — это огромные валуны с выбитыми на них крестами и различными надписями. Любое их описание не впечатляет — Борисов камень надо увидеть, чтобы понять, что это не просто валун, а нечто большее. Недаром существует поверье, что нужно дотронуться до Борисова камня, который лежит возле Софийского собора в Полоцке, и тогда сбудется самое заветное желание...

Камни получили название от одного из полоцких князей — Бориса Всеславича. На каждом из них были выбиты его имя и крест. Зачем это делалось? На этот счет есть несколько теорий: обозначить границы княжества, указать торговые пути или же путь паломникам в святые места. А может, просто желание увековечить себя или же знак в честь победы? Есть еще, как говорится, мнение, что камни с крестами князь Борис ставил после голода 1128 года, — и это просьба Господу о заступничестве в материальном, так сказать, виде.

Сколько камней было, сейчас установить уже невозможно, хотя историки ломают над этим головы с начала девятнадцатого века. Во всяком случае к началу века двадцатого их насчитывалось девять, а сегодня осталось только четыре: один находится в России и три — в Белоруссии.

Начнем с «нашего» камня. Лежит он в музее-заповеднике «Коломенское» — замечательно красивом месте, где так любят гулять москвичи. Лежит не в самом центре музея-заповедника, а немного в стороне, рядом с аллеей, но тем не менее постоянно притягивает к себе людей. У кого есть с собой бутылка минералки, обязательно окропит его поверхность водой, чтобы посмотреть на проступивший крест и появляющуюся как будто из ниоткуда надпись: «Господи, храни раба твоего...»

Просто камень? Не скажите! Поэт и математик Владимир Губайловский написал очерк о трех поэтах, живущих неподалеку от этого места, и вывод сделал такой: «Коломенский Борисов камень кажется мне совершенно конкретным, материальным воплощением сущности поэтического творчества... Гранитный валун — необходимый балласт, который придает кораблю остойчивость своей тяжелой реальностью».
Но этот камень — эмигрант, перевезенный в Москву в 1888 году. Остальные же территорию Белоруссии не покидали. Самый известный сегодня — Борисов камень, который установлен у Софийского собора в Полоцке. Возле него всегда люди... Раньше лежал он возле одной из деревень, и рядом с шестиконечным крестом на нем высекли: «ХС. Ника. ГИ помози рабу своему Борису». Потом оказался в воде — начиная с девятнадцатого века камень пробовали из воды вытащить, но все безуспешно — удалось осуществить этот замысел и, по сути, спасти исторический памятник только в 1981 году.

Еще один Борисов камень находится в городе Друя Витебской области. Здесь тоже не обошлось без воды, которая, как мы знаем, камень точит... Лежал Спасский камень (название получил от церкви, которая стояла рядом) в месте впадения реки Друйки в Западную Двину. В двадцатые годы взрывали ледяной затор на реке, и камень... пропал. Вновь появился он из воды только в год большой засухи — в 2002-м. Полгода с помощью современной техники пытались его передвинуть.
В итоге, как сообщила одна из белорусских газет: «под напором трех тракторов валун был вынужден сменить место жительства».



Пожалуй, единственный из сохранившихся Борисовых камней стоит там, где его и поставили, — в одном из сёл Минской области. «Воротишин крест» по форме напоминает колокол. Что касается названия, то историки полагают, что, возможно, камень установили по инициативе служившего при дворе князя Бориса некоего Воротиша. Не обошлось опять же без легенды: один пахарь решил поработать в Пасху, за что и был наказан — превращен в камень. Слава богу, до него реформаторы не добрались. Ведь, например, от Рогволдова камня и Кравца осталась только та самая пыль веков.

Кравец (еще этот камень называют Степаном) обнаружили в конце девятнадцатого века. Ему тоже приписывали необыкновенные свойства. Легенда гласит, что если вечером положить к камню полотно со словами «Степан, пошей мне жупан», то утром можно получить заказ... Говорят, что камень потерял свою силу после того, как одна из селянок попросила его сшить «ни то, ни сё». В результате утром она получила платье, где рукава находились «в самых неожиданных местах». Но предания преданиями, а точно известно следующее: в 1937-м (вот совпадение!) Кравец взорвали, а все, что от него осталось, использовали для постройки дороги Минск — Москва.

Пожалуй, самым известным из Борисовых камней был Рогволдов камень, поставленный сыном князя Бориса Рогволдом, о чем на камне была надпись. Была — потому что в тридцатые годы в рамках кампании по борьбе с религией Рогволдов камень, находившийся в Оршанском районе, был взорван, а обломки пошли на строительство уже упомянутой трассы Минск — Москва. Вот о нем-то преданий больше всего. Одна легенда гласит, что в старину стоял он на четырех ногах и даже имел голову. Однажды мельник голову отсек и сделал из нее жернова. Как начали они молоть! Сами превратились в песок, но успели перемолоть в эту же субстанцию и мельника, и его семью, и всё имущество... Другая легенда утверждает, что камень стоял на могиле самого Рогволда, погибшего в сражении. Третья — что он, наоборот, поставлен в честь победы князя.

Рогволдова камня больше нет, но история его не закончилась. Одиннадцать лет назад в Орше возле городского музея открыли памятник... камню! Это уменьшенная копия одного из самых знаменитых Борисовых камней. Борис Губайловский, которого мы уже вспоминали, свое впечатление от них обрек в одну фразу: «Камень, который секли и обтачивали дожди и ветры девяти столетий, который хранит в себе неизмеримую мощь земли и почвы».
Array
(
)

Оставить комментарий