Цитата дня
«Я — лидер движения. Мою кандидатуру выдвинули все организации».

73-летний лидер КПРФ Геннадий Зюганов о своем очередном участии в выборах президента России

Театральный роман: Владимир Кехман увлекся гламурной дивой Идой Лоло

Аналитический центр Atas.info, 19 ноября 2015
О романе директора Новосибирского театра оперы и балета и известной в Москве it girl сообщают сразу несколько изданий, специализирующихся на новостях «светской жизни», в частности – популярный журнал «TATLER» («Сплетник»). По глубокому убеждению редакции Atas.info, эта короткая и, как минимум для двоих, – еще и приятная новость, нуждается в подробнейшей предыстории.

Даже если бы Владимира Кехмана не существовало в природе, его следовало придумать. За семь с половиной месяцев, последовавших после его назначения (29 марта 2015 года) директором Новосибирского оперного, Владимир Абрамович стал бесспорным хедлайнером новостей, а каждый его шаг неизменно становится предметом дискуссий.

Напомним, что Кехман был назначен директором театра после того, как был уволен прежний директор - Борис Мездрич. Увольнение Мездрича было связано со скандальной постановкой оперы Рихарда Вагнера «Тангейзер». Режиссерская трактовка этой оперы (режиссер-постановщик Тимофей Кулябин) вызвала бурные споры, которые не ограничились битвой театральных рецензий, а вылились в серию митингов как противников, так и сторонников «кулябинской» версии. Пока разные группы новосибирской общественности выясняли, чей митинг оказался более массовым, против Мездрича и Кулябина были возбуждены административные дела за «умышленное публичное осквернение религиозных символов».

В такой обстановке назначение директором Новосибирского театра оперы и балета бывшего выпускника самарского иняза Владимира Кехмана было обречено на неприятие значительной части «новосибирской общественности». Когда уже через три дня после этого назначения на информационных лентах появились сообщения, что сотрудники МВД провели обыски в нескольких городах России по десятку адресов, связанных с именем Владимира Кехмана и его семьи, эта часть новосибирской общественности едва не аплодировала и активно делала перепосты этой новости в социальных сетях.

Сразу после заявления Кехмана о «новой репертуарной политике», последовал новый виток дискуссий и возмущения по случаю исключения из репертуара театра оперы «Кентервильское привидение», «Месса», «Фауст» и ряд других спектаклей. Дошло до того, что группа общественников стала требовать едва ли не общегородского референдума по согласованию и утверждению театрального репертуара.

Неведомо, что толкает Владимира Абрамовича на те или иные решительные действия: дух противоречия, неуемная энергия человека-пассионария, или уверенность в своей полной правоте, но он раз за разом подливает керосин в костер страстей, более полугода бушующий вокруг Новосибирского оперного.

Ситуация стала таковой, что кажется, любое его действие будет принято в штыки еще на стадии замысла. Общественность вскипела, когда Кехман решил, что отныне театр, вместо, чего уж там, неудобопроизносимой аббревиатуры НГАТОБ будет именоваться НОВАТ. Некоторые оппоненты даже обвинили его в «краже», заявляя, что «под шумок» из названия театра исчезло слово «государственный». Справедливости ради заметим, что достаточно бегло взглянуть на официальный бланк театра, чтобы понять, что ни определение «государственный», ни знакомая аббревиатура НГАТОБ никуда не делись, а НОВАТ – что-то вроде нового сценического псевдонима театра.


Даже концерт блистательного Дениса Мацуева, приехавшего открыть новый образовательный проект театра, вызвал ропот и обвинения в святотатстве: пианист играл на рояле, установленном в партере театра, а публика располагалась в креслах-мешках. Слушать Шумана и Стравинского «сидя на мешке» настоящие эстеты сочли оскорблением. Объяснения, что такой формат предложил сам Мацуев никто не слышал и не принимал. По городу поползли зловещие слухи: Кехман вынес все стулья (зачем у нас выносят стулья, все мы помним по роману Ильфа и Петрова).



Последний, еще не затухший скандал связан с ремонтом, который затеял в театре новый директор. Обновленные интерьеры театра поделили город на два лагеря. Тех, кто, пройдя по коврам променуаров, сказал «вау!», более продвинутая часть общественности подвергла нещадной обструкции и уличила в полнейшем безвкусии. Хорошим тоном стало называть терракотовый цвет – «морковным», а всяческие диванчики-портьеры – пошлостью. О туалетах и дамских комнатах дискуссий пока нет. Это можно объяснить тем, что по-настоящему утонченные особы, как известно, в туалет не ходят.

В битве дизайнерских вкусов, одним из самых популярных приемов полемики стало сравнение обновленных интерьеров театра с интерьерами казино и борделей. Сие сравнение употребляется столь часто, что многие невольно задаются вопросом: откуда у некоторых молодых дам из Сибири столь глубокие и детальные познания в интерьерах борделей и других злачных мест.

Следом за общественностью возмутились архитекторы. Геннадий Гаврилов, Владимир Хандожко и Марина Колпакова (все трое - Заслуженные архитекторы России) обратились с открытым письмом в мэрию Новосибирска. По их мнению, ремонт проводился с нарушениями: исторические интерьеры театра являются ценностью, ведь театр является объектом культурного наследия федерального значения.
И вот на пике ситуации, когда Владимир Абрамович Кехман, расколовший Новосибирск по иным, далеким от политики мотивам, чуть было не стал для города неким нарицательным понятием, мифом, олицетворяющим такое неприятие, что доселе эстетствующие особы способны перейти на брань, этот человек попал в историю романтическую.

Ушлые хроникеры светской жизни углядели, что на открытии театрального сезона в Новосибирском оперном Владимир Кехман был в компании некой блондинки - известной в Москве светской львицы Иды Лоло.
Ида Лоло (Валеева) родилась и выросла в Новосибирске. В двадцать лет уехала в Минск - как утверждают, из-за большой любви. Работала фитнес-тренером, несколько лет вела на белорусском ТВ телевизионные тренировки по фитнесу. Затем перебралась в Москву, работала помощницей у известного актера, сценариста и режиссера Павла Санаева. Санаев и познакомил ее с президентом кинокомпании «Централ Партнершип» Марком Лоло, за которого Ида вскоре вышла замуж. Лет через шесть пара распалась. Вторым мужем Иды Лоло стал сын известного тележурналиста Евгения Киселева, московский ресторатор и совладелец заведения «Киса Бар» Алексей Киселев. Этот союз, как утверждают в московской светской тусовке, продержался около полутора лет.
В Москве Ида известна как заядлая модница и завсегдатай разного рода «гламурных» и «светских» мероприятий – этакая it girl.

На балете «Спартак», открывавшем новый театральный сезон, папарацци заметили Иду со своей мамой на почётных местах в первом ряду. Кехман сидел через одно кресло от своей пассии, однако репортеры выследили пару и «сопроводили» до отеля. 

Формально и он, и она, пока не свободны, ну так что из того. Практически нет сомнений, что оппоненты Кехмана сделают из этой романтической истории вовсе не мелодраму.
   
Atas.info из этой новости «светской хроники» тоже сделал свой вывод: у Владимира Кехмана все в порядке с физическим здоровьем. И это единственный наш вывод.
Array
(
    [2226] => Array
        (
            [item] => 0
            [values] => Array
                (
                )

        )

    [2250] => Array
        (
            [item] => 1
            [values] => Array
                (
                )

        )

)
  1. Михаил

    Хороших пиарщиков нанял Кехман

  2. Ольга

    Не знаю как там с физическим здоровьем, но то, что развод с женой очень вовремя - это точно. Накануне то затяжных имущественных тяжб и в российском и британском судопроизводстве! Подкрепить грядущий официальный развод со старой женой романтическими отношениями с новой пассией - практика известная.

Оставить комментарий