Цитата дня
... «У нас, к сожалению, больше чем полкоманды вышли с миленькими личиками, а в хоккее играют наглые морды»...

Главный тренер ХК «Сибирь» Павел Зубов об очередном поражении своей команды

Городские легенды Новосибирска: про Сысоруху, которая не могла умереть

29 мая 2015
Atas.info продолжает публиковать городские легенды, собранные известным новосибирским журналистом Владимиром Кузменкиным. 

В многая знании -- много печали. Поистине так! А еще с ними, оказывается, и умереть-то не просто. Вот вам история про бабку Сысоруху, весь век свой прожившую в Петровке и считавшуюся последней местной колдуньей.

... Места здесь не то чтобы дикие, нет, просто далеко они находятся от культурных, индустриальных и прочих центров. И было так с того дня, как переселенцы срубили на берегу понравившегося им озера первую избу. Потому артистов, врачей и инженеров здесь видели значительно реже, а знахарки, вещуньи и просто "бабки" играли в этих краях роль великую. Со временем почти никого из обладателей "многая знания" не осталось. Когда я был в Петровке, умирала бабка Сысоруха, последняя, как говорят, колдунья. Умирала она целый год. Ничего уже не осталось в бренном теле, вся иссохла, почернела, почти ослепла и потеряла слух, но дух смертную оболочку не покидал. Она страшно мучилась, жутко кричала по ночам, так что соседи через огород просыпались и долго потом не могли заснуть. 

Лечить бабку и не пытались -- восемьдесят третий год как-никак, да и сама она ни за что бы не согласилась.

Сысоруха умирала в темной полуразвалившейся избенке, и только один я, чужой человек, попавший в эти края ненадолго, не знал, что не умереть ей до той поры, пока не передаст кому-нибудь силу свою колдовскую и знания. А ребятишки местные по вечерам обсуждали эту запретную для них тему. Сейчас уже никто не помнит, что когда-то Сысоруху звали Нюрой, и были у нее сын и дочь. Сына убили на фронте, а дочь канула в городе тридцать лет назад, да с той поры и не объявлялась. Говорят, что сначала была Нюра, как все деревенские бабы, но с гибелью сына вся как-то переменилась, а потом "в колдовство ушла", переняв силу от старой умиравшей колдуньи.

Легенд про Сысоруху в деревне ходило множество: кто-то (ей-Богу, трезвый был!) видел, как она превращалась в ворону, кто-то помнит, как она обращалась в огромную страшного вида свинью и гонялась за деревенскими ребятишками (и-и-и, бабоньки, а глаза-то у нее прямо как ни на есть человечьи были, вот те крест!). самый храбрый пастух Ванька, он же по совместительству деревенский дурачок, хвастал, что видел однажды на мосту тройку горячих коней с огненными глазами. Возьми да ткни одному в морду хворостиной – на следующий день Сысоруха с подбитым глазом ходила. 

А одна баба божилась. что когда пришлось ей по нужде заночевать у Сысорухи, то видела, как та через трубу куда-то к ночи исчезла, а утром с петухами заявилась... Много еще чего расскажут.


И про то, скольких вылечила бабка Сысоруха тоже. Разное местные старушки умеют: и сон молитвой наслать, и выздоровление на воду нашептать, и грыжу новорожденному заговорить, и боль зубную отворотить, но... Только бабка Сысоруха лечила тех, кому божьи старушки помочь не смогли. Вся в черном ходила она по березникам да по бору, бормотала что-то себе под нос, собирала травы и коренья. В хомуте лошадином заставляла смертельно простуженных у озера бегать - просить милости у батюшки водяного, бегущий огонь с лица одним взглядом угоняла, кривых и косых выпрямляла.

Не к богу за дождем обращалась, но дождь приходил на иссушенные поля. Все умела бабка Сысоруха, но характер имела вздорный. Никто в соседи к ней не соглашался, а кто по умыслу, без ли, перешел ей дорожку, может, и не чая о том, замечал вдруг, как начинали волосы из лохматой шевелюры на пол падать, немочи всякие приключались. А то и весь огород на корню засыхал - потом, говорят, яйцо восковое находили, все какими-то волосками да красными тряпицами обмотанное и посередине спицей проткнутое. Боялись бабку, за версту дом обходили. 

Собаки деревенские близко к дому не подбегали и никогда в глаза ей не смотрели, скулили и убегали.


Местная байка говорит, что и дороги все могла колдунья Сысоруха спрятать. Идет человек в деревню, а все прийти не может: кружит, кружит по полю, насилу добредет и рассказывает: "Не пойму, вроде как прямо шел, а поди ж ты, нечистая сила". Через силу свою темную и страдала бабка Сысоруха, в детстве ей обе ноги телегой придавило, срослись кривенько. Болели ужасно всю жизнь: сама она себе помочь не умела (говорят, не дозволяется это), а божьи старушки лечить ее не могли. Жалко, говорили, человека, но с чертовой силой знаться нам не можно. Костыли, однако, посылали...

Так и ковыляла бабка последние годы уже только по двору, где, кроме злобного пса да приблудной курицы, никто и не жил, в лес ходить перестала, совсем слегла. А умереть не могла…Уж и молились старушки, чтобы простил ее господь, кричала подслеповатая колдунья, грозила кому-то, но не уходила...Некому было знания передать и силу колдовскую. Никто не соглашался принять страшный и таинственный дар.

Когда я уже вернулся в пыльный и многошумный город, позвонили мне из Петровки родные и за разговором о грибах да о малине рассказывали: из соседнего района привезли к колдунье неходячую девочку, которой предрекли год--два жизни (неизлечимая болезнь!). Бабка посмотрела на девочку, пошептала ей что-то на ухо, тросточку отдала и умерла. Еще до первых петухов...


Array
(
    [620] => Array
        (
            [item] => 0
            [values] => Array
                (
                )

        )

)
  1. Этнограф

    Почему эта беллетристика идет под рубрикой "Городские легенды Новосибирска"? И не городские, и не легенды, и не Новосибирска, хотя, наверное, кому и интересно.

Оставить комментарий