Цитата дня
... «У нас, к сожалению, больше чем полкоманды вышли с миленькими личиками, а в хоккее играют наглые морды»...

Главный тренер ХК «Сибирь» Павел Зубов об очередном поражении своей команды

Выборы – власть против народа

21 августа 2015

Эти популярные заметки историка и краеведа Константина Голодяева посвящены истории выборов в органы власти, которые проходили на территории, занимаемой ныне Новосибирска. Начиная с конца XIX века можно отследить, как именно власть подстраивала выборный механизм под свои интересы.

Часть I. От вече к Думе.

В XVIII-XIX веках, до возникновения посёлка строителей Транссиба, избрание правления и головы волости решалось мужской частью населения на волостном сходе, на котором обязательно присутствовали представители губернской власти и священничества. Обычно головой становились "примерные хозяева". История оставила нам имена Кривощёковских глав - Андрея сына Михайлова Шмакова, Гаврило сына Иванова Погадаева, Ивана Мельникова.  Сельские сходы выбирали из своего числа лиц и доверенных, на которых возлагались определённые функции. Например, в 1892 году в Кривощёково был избран Петр Васильевич Каренгин, который вёл переписку с управлением округа о переселении селян на новые места.

Первые годы посёлка "власть" по-прежнему принадлежало сельскому сходу. Так, 3 декабря 1895 года сход жителей Новониколаевского поселка принял ходатайство о преобразовании его "в посад или город". Приговор подписали 1076 человек. Для вручения прошения томскому губернатору была избрана  специальная делегация - купец-часовщик С.М. Яренский, мещанин Е.Г. Шапкин и крестьянин М.В. Попов, которым поручил "явиться пред всеми должностными лицами и правительственными учреждениями, где то потребуется".

Следующим летом, 12 августа 1896 года в посёлке состоялся очередной сход, на котором специально приехавший губернский окружной исправник предложил жителям выбрать старосту "поимённым голосованием". Несмотря на навязываемые исправником кандидатуры купца Яренского и домовладельца Попова, общество (более 1 500 человек) простым демократическим большинством выбрало отставного артиллерийского писаря Илью Григорьевича Титлянова "как человека хорошо им известного и также крестьянина, всем весьма доступного", а также в заместители ему крестьянина Дмитрия Налимова. "Приговор избирательного собрания был покрыт подписями 677-ми квалифицированных избирателей – домохозяев". Так, крестьянин стал первым всенародно избранным старостой посёлка, получил от исправника печать и знак старосты. Илья Григорьевич успел совершить немало добрых дел – обставил "канцелярию", переписал население поселка, урегулировал извозчиков, обложил питейные заведения налогом на содержание пожарной команды, школ и больницы, организовал ночные сторожевые обходы, преследовал содержателей притонов и даже построил "анатомический театр" - поселковый морг. Но уже 12 октября в поселке прошел ещё один сход, инициированный окружным исправником, который "избрал гласных как от крестьян, так и от торгового класса в ограждении от самоуправства старосты". 

Первое собрание выбранных гласных прошло 14 октября и показало, что они "с намерениями и с хорошей головой". Но приговор о выборных гласных где-то затерялся и до утверждения губернатора ну дошёл.

Титлянов пробыл "у руля" только четыре месяца, до 24 декабря (по другим данным  до 13 января 1897), поскольку после долой волокиты губернское правление Томска его кандидатуру так и не утвердило. Губернский "Томский листок" разродился настоящим "чёрным пиаром". Старосту обвинили в незаконных действиях, вымогательстве, помощи разбойникам, "пьяном бюджете". После потока обличений некто Ново-Никольский поэтично возопил на страницах газеты: "Велика наша земля и обильна, а порядка в ней нет", придите же княжить... Неужели так-таки и нельзя завести порядок у нас в Ново-Николаевске?". Старосту от дел отстранили, и власть в посёлке была передана полицейскому приставу Ржевскому. Самовольные сходы, как орган местного самоуправления были запрещены, а Титлянов даже был подкараулен стражником Лежниным и сброшен с моста через Каменку. Сам Илья Григорьевич заявлял, "что я перед народом был честен, и сейчас всё общество может подтвердить".

Н.П. Литвинов в историческом очерке о Ново-Николаевске приводит обширную челобитную жителей посёлка, поданную губернатору, в которой они защищали бывшего старосту, заявляли, что не желают подчиняться полицейскому чиновнику и просили или восстановить старосту или "выбрать нового на тех же правах".

Бывший староста тяжело заболел, к тому же разорился, поскольку успел вложить в посёлок много личных средств, и тоже писал жалобу о произволе военному министру, а жители писали императору о своём бедственном положении, о равнодушии властей и просили дать им управление, а поселку статус посада или города. В ответ на жалобу Император в мае 1897-го повелел "отнести расходы на первоначальное благоустройство [посёлка] и содержание полиции на средства Кабинета  Е.И.В.", что уже было прорывом, поскольку являлось официальным признанием нового поселка, но и подтверждало его полицейское управление.

Анализируя сделанное Титляновым, стабильный рост доходов с аренды за землю, получаемый Кабинетом, юлящую докладную записку губернатора А.А. Ломачевского, написанную в ответ на запрос МВД по ситуации со старостой, можно предположить, что деятельность первого старосты Ново-Николаевского была всё-таки гораздо более положительной и просто шла вразрез с интересами некоторой зажиточной и влиятельной части его жителей.

В начале века, несмотря на запрет,  народные сходы всё же собирались. Они касались выбора уполномоченных для передачи ходатайств. Так, 13 и 22 февраля 1901 сходом была избрана  депутация томскому губернатору С.А. Вяземскому о передаче земель. 21 ноября 1902 года в присутствии поселкового полицейского пристава общим приговором была избрана депутация для поездки в столицу и передачи Кабинету ходатайства о выкупе земель - Н.П. Литвинов, И.М. Луканин и А.И. Горлов. Эта депутация имела успех – уже 13 февраля Император Николай II удовлетворил ходатайство. Машина была запущена и уже в конце того же года поселение Ново-Николаевск при станции Левая Обь было возведено «на степень безуездного города того же наименования». В посёлке вводилось "общественное управление по Городовому Положению 1892 года в упрощенном виде на основаниях, указанных в приложении к статье 22 сего положения…". Уведомление об этом в губернском Томске получили лишь 21 января 1904 года.

Новым органом власти теперь выступал всесословный орган местного самоуправления – собрание городских уполномоченных (гласных). Число членов Совета допускалось Положением от 12 до 15 лиц на усмотрение местного губернатора и избирался он на четырехлетний срок сходом местных домохозяев. В его состав допускались и представители нехристианской веры, не более пятой части от общего числа уполномоченных.

Продолжение следует...

Array
(
    [1462] => Array
        (
            [item] => 0
            [values] => Array
                (
                )

        )

)
  1. Наталья

    …а теперь «историки», а тем паче – краеведы –подстраивают историю под грядущие выборы!  Какие ж это историки??? – пиарщики!

Оставить комментарий